Инструмент для рассказывания историй

На экране темные, глубокие глаза Веса Стьюди, кажется, пронизывают вас насквозь. При личном контакте, он производит гораздо менее грозное впечатление. На самом деле, за кадром  Стьюди беседует искренне, тепло и дружелюбно, он самоироничен и часто смеется. <…>

В прошлый четверг, Стьюди был в Дуранго, где выступал с гостевым докладом в колледже  Форта Льюис в рамках цикла лекций об американских индейцах. До выступления он провел день с индейскими студентами и преподавателями, обсуждая тему, которую он в шутку назвал «Мой любимый предмет ... Вес Стьюди». Во время встречи перед обедом он поделился подробностями своей жизни как актера чероки и семьянина.  

Когда его спросили о его причастности к племенным делам и о том, следует ли он традициям своего народа,  Стьюди признался, что он не следует племенным религиозным практикам, зато следует  «образу мышления, который направляет меня в моей повседневной жизни», - сказал он. «Я инструмент», - со смехом продолжал он, - «для рассказывания историй;  историй, которые призваны протянуть нить из прошлого». 

Из традиций чероки он вынес для себя принцип: «обращайтесь с другими так,  как хотите,  чтобы обращались с вами». 

Когда его спросили о начале карьеры в кино и стереотипных подходах к подбору индейских актеров, он пошутил о своеобразных  голливудских штампах  «кожа и перья»,  о доверии Дену Джорджу и Уиллу Сэмпсону - индейским актерам, которые положили начало уходу от стереотипов. 

Присутствующие также интересовались развитием собственной киноиндустрии и произойдут ли, по мнению Стьюди, изменения в отношении финансирования и производства кинофильмов на индейскую тематику. В ответ Стьюди заметил, что ключевым фактором могло бы стать новое богатство племенных казино: «Они (казино) ведь тоже шоу-бизнес, не так ли? Так почему бы не использовать часть дохода от них для наших фильмов?»

Поздним вечером люди выстроились в очередь у Концертного зала еще до открытия, и затем заполнили его до стропил. Все три яруса представляли собой аудиторию всех возрастов и рас. В ходе представления, толпа приветствовала аплодисментами упоминания его наиболее известных фильмов и продолжала хлопать в течение нескольких минут после его ухода со сцены.  

Возможно, размеры толпы стали сюрпризом для него, и Стьюди, казалось, немного нервничал вначале, но потом снял черную кожаную спортивную куртку и шелковый шарф. Очевидно, возгласы и гром аплодисментов его разогрели, когда он шагал по подмосткам и сам аплодировал зрителям, пока, наконец, не сел в большое кресло в центре сцены.

Актер рассказал о своих первых годах жизни в Оклахоме и учебе в школе, затем вскользь упомянул о своем участии в войне во Вьетнаме. Вскоре после увольнения из армии, он вернулся в резервацию и стал понимать, что он, как и многие другие, забыл традиции своего народа. 

«Мы стали забывать, кто мы», - заметил он, - «и откуда пришли; о Тропе Слез» (принудительное переселение чероки из Джорджии в Оклахому). Воспользовавшись законом о правах военнослужащих, Стьюди поступил в колледж, и начал заниматься исследованием культурного влияния чероки.  

В какой-то момент беседы Стьюди сделал паузу, и, оглядев зрительный зал, выразил свое восхищение тем, что индейская молодежь стремится к образованию: «Я приветствую в вас это», - сказал он. Он также говорил о бедности  в детстве, и сколь многое изменилось с тех пор. Стьюди призвал молодых людей в аудитории учиться столько, сколько они смогут,  чтобы найти свое призвание.  

Когда актера спросили, что было самой трудноразрешимой проблемой для него, Стьюди, не колебался: «Моей наибольшей проблемой был я сам, мой страх перед провалом. Это было испытанием, который я всеми силами старался преодолеть. И я преодолел его на сцене».

• < Назад
• Вперёд >